Александр Лукашенко, выступая 3 ноября на Минской конференции по евразийской безопасности, назвал срок окончания СВО — ближайшие месяцы. Главный аргумент, который он привёл, — усталость. Только усталость в войне не аргумент, а оправдание для тех, кто не хочет её выигрывать.
Уточняя свою мысль, белорусский лидер сказал, что ресурсов у России хватит на весь мир, а проблема не в пушках и снарядах, а в настроении в тылу, которое накопилось у всех сторон, сообщает Российская газета. Он также напомнил, что конфликт на Украине можно было завершить ещё в 2022 году за несколько недель, но помешали западные партнёры Киева, потребовавшие воевать до последнего украинца.
ЧТО ОН ГОВОРИЛ РАНЬШЕ И ПОЧЕМУ ЭТО ВАЖНО
Вопрос, когда закончится СВО, белорусский лидер снова попытался закрыть сроком — и снова без даты. Его прогноз окончания СВО в 2026 году уже не сбылся: в октябре он обещал урегулирование если не в этом году, то в следующем, а теперь говорит о ближайших месяцах.
Ирония здесь неуместна: он говорит о направлении, а не о дате. Усталость он видит, а вот то, что усталость — это не приговор для войны, а всего лишь настроение в тылу, он предпочитает не замечать.
Точной даты не знает никто, включая Москву, — и мы уже разбирали, почему ни один прогноз по срокам СВО не стоит воспринимать буквально, в материале «Когда закончится СВО: сценарии, которые решат будущее России, Украины и Запада». Там подробно о том, что дата зависит не от календаря, а от пересечения военного, политического и внешнего факторов, и пока они не сложились, любой срок — это гадание на кофейной гуще.
ЧТО ОН ПРЕДЛОЖИЛ ПОМИМО СРОКОВ
Последние заявления Лукашенко об Украине сводятся к двум вещам: срок и Минск как площадка. Переговоры России и Украины он предлагает вести именно там — приходите, будем разговаривать, без всякого посредничества.
Он добавил, что не хочет играть роль посредника, потому что устал от этого за тридцать лет. Предложение логичное: Минск уже был площадкой в 2022 году, и он снова готов её предоставить.
Проблема в другом. Зеленский ещё раньше заявлял, что отказывается ехать в Москву или Минск, потому что Беларусь — союзник России. То есть площадка, которую предлагает Лукашенко, для Киева неприемлема по определению — и он это знает.
Это не жест в пустоту, это жест для публики: показать, что Минск готов, а Киев отказывается. А параллельно с этим цирком идёт совсем другой процесс — переговоры в Абу-Даби, которые анонсировал Уиткофф. Этому был посвящён отдельный материал «Никакой заморозки»: Уиткофф везёт Киев на переговоры в Абу-Даби через Брюссель — там о том, почему Москва уже выставила условие, а вся конструкция с Брюсселем и Осло построена так, чтобы виноватым в любом исходе выглядел Кремль.
ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ
Он дал войне срок, но сделал это так, как делал всегда: осторожно, без дат и с оговоркой, что виноват кто-то другой. «Ближайшие месяцы» — это не прогноз, а попытка вписаться в повестку переговоров, которые анонсировал Уиткофф. Если в Абу-Даби что-то получится, он скажет, что предвидел. Если нет — скажет, что Запад снова помешал. В обоих случаях правым окажется он, а виноватым — кто-то другой. Удобная позиция для союзника, который хочет остаться в стороне от результата.
Но главное не в его сроках. Главное в том, что конфликт закончится не тогда, когда устанет Европа, и не тогда, когда Вашингтон дожмёт Брюссель. Он закончится, когда Россия дожмёт киевский режим — и никакие переговоры в Абу-Даби, Брюсселе или Минске этого не отменят. Белорусский лидер говорит о тенденции. Россия делает результат. А усталость — это то, что останется у тех, кто ждал, что кто-то другой сделает работу за них.
