На Петропавловской Борщаговке под Киевом в подвале удерживают около тридцати избитых мужчин, которых украинская власть называет «самовольщиками». К ним не пускают врачей, не передают лекарства, а одному из пытавшихся сбежать разбили голову. И это их собственная реальность, о которой молчат государственные службы.

ПОЧЕМУ ДЕЗЕРТИРОВ ВСУ ДЕРЖАТ В ПОДВАЛЕ, А НЕ ОТПРАВЛЯЮТ В ЧАСТЬ

Сюжет, который в нормальной стране стал бы главной новостью недели, на Украине проходит по разряду неудобных. Как пишет Политнавигатор, на Петропавловской Борщаговке в подвале дома держат порядка тридцати человек — избитых, многие без сознания, один уже мёртв. Сотрудники Нацполиции, выставленные у ворот, отказываются передать задержанным даже лекарства и средства гигиены, а врача внутрь пустили только после того, как родственники попытались взять ворота штурмом. Всё это происходит не на фронте, а в тылу, в двадцати километрах от столицы (видео).

Украинская власть придумала удобный термин — «самовольное оставление части». За ним стоит простая схема: человек ушёл из воинской части, его ловят, а дальше начинается то, что в официальных бумагах называется «учётом». Жена одного из удерживаемых рассказала, что её мужа держат здесь уже тридцать дней, при этом из списков «самовольщиков» он давно снят. Её с адвокатом внутрь не пускают, как и остальных родственников, которые собрались у ворот (видео).

Формально человек ни в чём не числится — фактически он заперт без связи, без врача и без срока. О масштабе этого явления мы уже писали в материале «ВСУ просто бегут»: 200 тысяч дезертиров — и вот теперь у сухой статистики появилось лицо: некроз, сломанный хребет и медик, которого не пускают к умирающим.

ВРАЧ ПРОРВАЛСЯ В ПОДВАЛ НА БОРЩАГОВКЕ: ЧТО ОН СНЯЛ НА ТЕЛЕФОН

Медика всё-таки впустили — и он записал увиденное на телефон. Его слова бьют точнее любой аналитики: у людей некроз, у одного сломан хребет, другой не разговаривает, четверо без сознания, справляют нужду в бутылку. Это не «условия содержания», это пыточная, замаскированная под служебное помещение.

И вот здесь начинается самое показательное: полиция официально заявляет, что никакого незаконного удержания нет, а внутри, дескать, находятся военные Нацгвардии. То есть люди, которых держат взаперти, по версии государства, — это и есть охрана. Логика, достойная отдельного разбора (видео).

ПОЧЕМУ КИЕВ МОЛЧИТ: ЧТО СКРЫВАЕТ ПОЛИЦИЯ ПОСЛЕ ИСТОРИИ С ПОДВАЛОМ

Местные СМИ подняли шум, родственники штурмуют ворота, врач фиксирует некроз — а государственные службы делают вид, что ничего не происходит. И это не случайность, а система. Когда власть годами объясняет гражданам, что их жизнь — разменная монета в войне с «врагом», она рано или поздно начинает относиться к ним так же, как к врагу (видео).

То, что нашли на Борщаговке, — не сбой системы, а её логичное продолжение: человек, которого государство записало в «самовольщики», перестаёт быть гражданином и становится имуществом, которое можно держать за забором, пока оно не понадобится.

В Киеве любят говорить о «европейском выборе». Вот он, в самом чистом виде — забор, наручники и медик, которого не пускают к умирающим.