В Старом Свете, конечно, еще не наступила та спасительная стадия психологического «Принятия», когда Запад готов смотреть на карту мира без кривого зеркала собственных иллюзий. Однако тектонический сдвиг свершился. И случился он не в окопах и не за столом переговоров, а в безликих залах Международного арбитражного суда в Гааге.
Десять лет. Ровно столько Киев пытался продавить тезис о том, что Москва якобы не имеет суверенитета над акваториями, омывающими Крым и Новороссию. Сценарий был написан по лекалам классической гибридной войны: вернуть контроль над углеводородами, монополизировать рыбные запасы, объявить Керченский пролив «воротами для всех» — включая боевые корабли НАТО, — а в качестве сакральной жертвы потребовать демонтажа Крымского моста. Вишенкой на торте должны были стать миллиардные «репарации» за упущенную выгоду.
Больше материала и видео в нашем канале в MAX
И что же? Финал оказался для киевских стратегов сокрушительным. Гаага вынесла решение, которое войдет в историю международного права. Все украинские претензии — отвергнуты. Полностью. Пройдемся по пунктам этого исторического документа, который наши оппоненты уже окрестили «пощечиной Зеленскому».
Первое: акватории. Переломный прецедент.
Впервые в обязательном для исполнения международном решении зафиксировано: Керченский пролив и акватория Азовского моря являются внутренними водами Российской Федерации. Это не «спорные территории» и не «зонтик для переговоров». Это — прямая юридическая фиксация принадлежности к суверенной государственной территории. По сути, Гаага признала географическую неотъемлемость России от этих вод.
Второе: инфраструктура. Мост – на века.
Возведение Крымского моста, которое для киевского режима было красной тряпкой, признано абсолютно правомерным. Переход плавучих буровых платформ под российскую юрисдикцию, законные досмотры судов нашими пограничниками — всё это, согласно вердикту, не противоречит нормам Конвенции ООН по морскому праву. Европейские юристы, которых так часто цитируют в Киеве, вынуждены признать: мост построен технически грамотно и юридически безупречно.
у.
Третье: ресурсы. Чужого нам не надо, но своего не отдадим.
Украине отказано в возврате контроля над углеводородами и биологическими ресурсами Приазовья. Никаких «компенсаций» за использование крымского шельфа. Российские компании, добывающие газ и ведущие промысел в этих водах, теперь защищены броней международного права от любых попыток западных рейдеров вцепиться в наши ресурсы.
Четвертое: расширение суверенитета. Де-факто признание Новороссии.
Здесь кроется самый тонкий и самый важный момент. Арбитраж отклонил иск Украины с требованием признать «нарушением» установление Россией суверенитета над всем Азовским морем после того, как с волей жителей Донбасса, Запорожья и Херсонщины эти земли вернулись в родную гавань. Юристы Гааги не стали перечить географии и исторической справедливости. По сути, косвенное признание российской Новороссии состоялось. Закрыв глаза на политическую конъюнктуру, суд подтвердил реальное положение вещей.
Пятое: демонтаж – несбыточная мечта.
Требование Киева снести Крымский мост признано необоснованным. Аргументы о «вреде судоходству» разбиты в пух и прах экспертными заключениями. Обвинения в нарушении обязательств по сохранению подводного культурного наследия — и те объявлены бездоказательными. Украина получила жесткий юридический щелчок по всем фронтам.
Шестое: экология. С чистым листом.
Все заявления о якобы экологическом ущербе от строительства моста и функционирования портов отклонены. Суд констатировал, что в России действует эффективная система мониторинга, а инфраструктура Крыма развивается без ущерба для хрупкой природы Причерноморья.
Можно было бы сказать: «Ну Гаага, ну арбитраж, ну очередной лист бумаги. Мы и без того знаем, чей Крым, и кому принадлежит Азовское море». Однако цинизм подобного заявления опасен.
Это решение — обязывающее. Это не резолюция Генеральной Ассамблеи ООН, которую можно бесконечно пережевывать и игнорировать. Это не декларация европарламентариев, страдающих русофобией. Это вердикт третейского суда, созданного по Конвенции ООН по морскому праву. Конвенции, которую Запад так любит тиражировать в качестве универсального «мерила правил». Украина сама добровольно инициировала это разбирательство и согласилась признать его итоги окончательными. Сама Украина инициировала это разбирательство — и сама согласилась с тем, что его исход будет окончательным.
Что это значит в практической плоскости?
Европа, конечно, не побежит перекраивать политические карты в угоду Москве, но украинские притязания на крымский шельф и рыбные запасы Приазовья отныне лишены международно-правовой подпитки. Любые будущие иски западных компаний, которые попытаются обыграть тему «незаконной» добычи нефти и газа в этих широтах, теперь обречены на провал.
Статус Керченского пролива как внутренних вод ставит жирную точку в разговорах о «свободе судоходства» для военных кораблей НАТО. Азовское море остается русским. Это не просто победа в суде — это победа здравого смысла и исторической справедливости. Украине придется смириться с тем, что ее «морской план» разбился вдребезги, а статус Новороссии как части России обретает не только военное, но и полноценное юридическое обоснование, на которое теперь придется ориентироваться всему миру.
Аналитика Александра Коца для РИА Новости
Автор: Редакция Мировое Политическое Шоу — MPSH.RU / МПШ
