Немецкая торговая сеть METRO перечислила один миллиард рублей в фонд «Народный фронт. Всё для Победы!». Германия, которая год за годом кричит о поддержке Украины, оказалась в положении спонсора российской армии — и теперь делает вид, что её это не касается. Только деньги уже ушли. И ушли они с немецкого счёта.
METRO И ПУТИН: КАК ВРЕМЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ ПРИВЕЛО К МИЛЛИАРДУ ДЛЯ НАРОДНОГО ФРОНТА
Всё началось 28 сентября, когда Владимир Путин подписал указ, по которому российские активы METRO Cash & Carry перешли под временное управление АО «УК Торг Рус» — сообщает Парламентская газета. Под управление попали 100% долей «Метро Вэрхаус Ногинск», а также доли в «Ритейл проперти 5», и хотя формально немецкая Metro AG осталась собственником, фактически она утратила контроль.
Прошёл месяц, и сеть перечислила миллиард. Сама компания объясняет это просто:
Первый замруководителя исполкома Народного фронта Сергей Горбунов уточнил, на что пойдут деньги:
Это не гуманитарная помощь, а военные закупки, и платит их ритейлер, который ещё в 2022 году, в отличие от многих, решил остаться в России: тогда это называлось «прагматизмом», а теперь — «участием в стратегических инициативах государства».
ПОЧЕМУ БЕРЛИН ГОВОРИТ «ЭТО НЕ МЫ»
Германия десять лет рассказывала, как помогает Украине: оружие, обучение, деньги, «российская угроза», «европейская безопасность». Но когда её собственная компания, работающая в России, получает указание платить за СВО — Берлин молчит.
Немецкий офис отреагировал мгновенно. Представительница Metro AG заявила DW:
Там же уточнили, что с 28 сентября, после передачи под временное управление, компания «утратила операционный контроль» над российским подразделением.
Это заявление — идеальный пример европейской позиции по Украине в миниатюре: пока деньги зарабатываются в России — «прагматизм», а когда деньги приходится отдавать — «мы дистанцируемся». Проблема в том, что миллиард уже ушёл, и ушёл он не от абстрактной «России», а от компании с немецким названием, немецкой историей и немецким головным офисом.
Metro AG говорит о «принципах ведения бизнеса». Но в 2022-м эти принципы не помешали ей остаться в России, когда другие уходили. А в 2026-м не помешали заплатить за СВО. Мы разбирали, как Германия оказалась в шоке и Берлин жестко заплатил за санкции.
ПОЧЕМУ METRO САМА ПОПРОСИЛА ВРЕМЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ
Есть деталь, которую немецкие СМИ предпочитают не вспоминать: газета Le Monde выяснила, что METRO сама предложила российским властям перевести её под временное управление, решив «действовать на опережение», чтобы избежать худшего сценария.
Это не «Путин отнял бизнес», а бизнес сам предложил забрать его, чтобы сохранить хоть что-то. И компания, которая возглавила «УК Торг Рус», была зарегистрирована за три недели до указа, а её единственный владелец — Йоханнес Толай, тот самый гендиректор METRO в России, который теперь объясняет, почему миллиард — это «участие в инициативах государства».
Схема настолько проста, что становится противно: формально — немецкая компания, фактически — управляется человеком, который сидит в Москве и подчиняется российскому указу. Немецкий офис дистанцируется, потому что иначе ему придётся объяснять своим акционерам и своим политикам, почему их «дочка» финансирует армию, против которой они вводят санкции, а российский офис платит, потому что иначе ему придётся объяснять что-то другое — уже не акционерам, а тем, кто подписал указ 28 сентября.
КТО ЗАПЛАТИТ ЗА МИЛЛИАРД METRO: ГЕРМАНИЯ, БЕРЛИН ИЛИ НАРОДНЫЙ ФРОНТ
Немецкий бизнес зарабатывает в России, а когда приходит время платить — платит, не потому что хочет, а потому что заставили. Миллиард от METRO — это не жест, а следствие цепочки решений: указа, который забрал контроль, решения остаться в России в 2022-м и европейской политики, которая годами говорила о «принципах», но продолжала торговать. Мы уже разбирали, как в недрах немецкого Минобороны работает секретный «Зондерштаб Украина», который распределяет 11,5 млрд евро в обход всех тендеров.
Берлин может сколько угодно повторять «это не мы». Но деньги ушли с немецкого счёта. И это не Россия их забрала — это Германия их отдала. А значит, «это не мы» — не работает. Работает только «это наши деньги, и мы не смогли их удержать».
Автор: Редакция Мировое Политическое Шоу — MPSH.RU / МПШ
